Персональная выставка фоторепортера Алексея Гольянова, объединившая несколько десятков портретов популярнейших отечественных и зарубежных актеров, - итог десяти лет съемок за кулисами гастролей столичных трупп, театральных и кинофестивалей, таких, например, как полюбившаяся челябинцам 'Камерата' или скатившаяся по магнитогорскому небосклону 'Хрустальная слеза'.
* * * - Ахеджакову мы такой не знаем...
- А-а, тут отдельная история. У меня было всего пятнадцать минут на съемку, и кадр в гримерке, который стал в конце концов выставочным, пробный. Ахеджакова еще сидела в расслабленной позе, и было видно, что - возраст, устала, тяжело выносить все эти переезды, гастрольную суету... Это потом пошли улыбка, взгляд в объектив, полуоборот... Для газеты. И в газетном снимке перед читателями предстала та актриса, которую все знают и любят.
(Гольянов, много лет проработавший в 'Челябинском рабочем', с недавних пор газетное дело оставил, трудится в творческом фотообъединении 'Вектор').
- Есть ли разница - для газеты снимать или не для газеты?
- Если речь о театре, разница чувствуется. Снимок в газете - почти всегда иллюстрация к журналистскому материалу. У журналиста своя точка зрения, у фотокора - своя, но они не могут находиться в противоречии. К тому же, по моему твердому убеждению, в растиражированном - популярном - облике большого актера, а тем более актрисы, не должно быть ничего негативного, образ, известный широкому зрителю, нельзя замутнять. Выставочный кадр - другое дело.
- Даже если артист хороший, а человек - так себе?
- Лев Дуров говорит: 'Чем крупнее 'звезда', тем проще она в жизни'. Я не знаю сегодня актера большей величины, чем Сергей Юрский. На одну из последних 'Камерат' он привез свой моноспектакль по пьесе Ионеско 'Стулья' - потрясающий, требующий всего актера целиком. Видел из-за кулис, как вымотан после спектакля Сергей Юрьевич - ну, думаю, откажется от съемки! А он не только не отказался, но был доброжелательным, легким, веселым, открытым и, что еще приятнее, умным собеседником.
- А Татьяна Васильева?
- С нею, пожалуй, было так же легко. Портрет Васильевой, если возвращаться к газетной теме, - единственный постановочный кадр среди вошедших в эту выставку (его соавтор - фотограф Магнитогорского театра драмы Игорь Пятинин). Все остальные - репортажные.
Профессиональные термины требуют пояснения: постановочный кадр выстраивается по воле художника, репортажный выхвачен из жизни. Репортажность более всего заметна в тетраптихах, посвященных Питеру Штайну, Сергею Юрскому, Александру Филиппенко. Но что объектив? Он лишь 'поймал' движения, нюансы мимики, не более. Фоторепортер ухватил нечто большее, суть самой личности, сложил новый образ - и вот уже перед зрителем предстает совершенно нефранцузская француженка Анни Жирардо. Инфернально, потусторонне лицо Георгия Жженова. Портрет любимца публики Валерия Гаркалина 'а ля тридцатые годы': коричневые тона и отдаленное воспоминание об улыбке Петра Алейникова. А 'контрастные' Дмитрий Харатьян и Сергей Никоненко, оказывается, в чем-то неуловимо схожи. Взгляд плюшевого Александра Калягина жесток как бритва...
- Попадаются 'модели', с которыми общаться неприятно?
- Бывает. Когда приезжает на гастроли 'ма-асква' в самом худшем варианте 'пальцы веером'.- Но ты все-таки снимаешь?
- За талант можно многое простить...- Знаю, о ком это. А портрет получился хороший.
- Работа в газете (опять!) научила тому, что любого человека снимать интересно - актера ли на сцене, бомжа на улице... Я вот уличных съемок не люблю, мне ближе театр. Хотя, может быть, иду по пути наименьшего сопротивления: человека из толпы еще нужно разглядеть, а тут состоявшаяся звезда...
- Ну, не рефлексируй. Лучше ответь на вопрос: звезды сами-то себе нравятся на твоих портретах?
- Не так давно смотрел по ОРТ 'Пока все дома', уж не помню с кем. И вдруг во весь экран мой снимок. Для меня это показатель: если актер не убирает фото в альбом, а вешает на стенку у себя дома - значит, я сумел 'попасть в состояние'. Точно знаю, что в доме у Александра Филиппенко есть портрет моей работы, у режиссера Аркадия Каца, да стоит ли перечислять...* * *
Тогда нужно вспомнить и о том, что аудио- и видеокассеты с гольяновским оформлением предпочитают москвичи Олег Митяев, Вадим и Валерий Мищуки, не забыть о Леониде Сергееве, книга которого вышла с фотоиллюстрациями Алексея, а заодно и о целой плеяде мэтров авторской песни. Кстати упомянуть, что три персональные выставки у Гольянова прошли в Самаре и были посвящены АП, международному Грушинскому фестивалю авторской песни. Лишь четвертая, в позапрошлом году, была поближе к дому, недалече от Миасса, на фестивальной поляне 'Ильмен-97'. Но опять-таки за пределами Челябинска. Так что, нарушая все арифметические правила, можно считать нынешнюю 'персоналку' Гольянова в городе первой - она состоялась благодаря Челябинскому Камерному театру, его акции 'Жилье актерам', Сергею Арканову и творческому фотообъединению 'Вектор'.
И еще об одном. Выставка Гольянова, преднамеренно камерная по настроению, дает зрителю неожиданное ощущение пространства. Пространства сцены, которая присутствует в каждом портрете, даже если огни рампы остаются за кадром. На недавнем фестивале 'Сцена-99' Алексей Гольянов назван лучшим театральным фоторепортером.
Марина ЧЕРНОВА.
------------------------------------------------------------------------
Ural Banner System
