Оксана МИГУНОВА

Для ВАЙКУЛЕ это была первая ступень - 1978 г. Чтобы взглянуть хотя бы одним глазком на знаменитое варьете, очередь занимали аж в семь утра. Касса открывалась в десять, а в десять вечера начиналась сама программа. Это был такой ритуал: перед походом на пляж потолкаться несколько часов в очереди, а потом с чистой совестью - на море.
То, что Лайма Вайкуле как певица - родом из 'Юрас перле', в Латвии знает каждый. Но клан тогдашних 'юрмальчан' - это еще и сегодняшние бизнесмены, депутаты, певцы и музыканты. Их объединяет не только совместно проведенное беззаботное время. Это еще и одна на всех юность. Которая, конечно, уже никогда не повторится. Так же, как Юрмале не стать больше тем, чем была когда-то в сердце каждого советского гражданина. Черный остов знаменитейшего когда-то корабля-ресторана, этой 'жемчужины Прибалтики', - самый банальный, но и самый точный символ современного города-курорта.
Мечта о Мулен-Руж
Ночные дивы. Надежда ПОДУНОВА - крайняя слева. Марк Наумович Гурман - художественный руководитель, балетмейстер-постановщик первого варьете в СССР. В 1959 году он в составе Театра оперы и балета побывал в Будапеште. Сразу решил, что обязательно надо посмотреть ночную программу варьете. С этого, можно сказать, все и началось.
'В 1969 году Марина Фолилиевна Затока - заведующая торговой частью города Юрмалы мне предложила помещение только что перестроенного 'Юрас перле'. Первую труппу набирал из профессионалов, в основном из Театра оперы и балета. Но начальство возмутилось: 'Как это - днем лебеди, а ночью - восточные танцы?' Объявили строгий выговор, и пришлось уйти из театра.
За время процветания 'Юрас перле' в нем поработали почти 300 певцов, музыкантов, танцоров. А вообще-то я не любил менять состав - тянул до последнего.
Программа составлялась так, чтобы ни одна песня не оставалась 'голой': всегда певцов сопровождал кардебалет. Это помимо самих танцевальных выступлений. Обновлялась программа каждые полгода. Специальная комиссия оценивала и принимала ее. Было требование, чтобы все выступления 'пронизывала' одна идея. Например, 'Наш город', 'Рейс дружбы', 'Радуга'. Любимой у меня была программа 'Макси, Мини, Миди'. Посмотреть на нее сбегались даже посудомойки.
А мой номер 'Распутин' даже возвращали на сцену по просьбам зрителей (и начальства). Его и сейчас ставят в круизных программах.
И еще: я до сих пор благодарен нашим идеологам. За то, что не боялись эротического уклона. Тогда не было голых женщин на сцене, так же, как и выступлений топлесс. Лишь намеки на эротику, но это даже пикантнее. Не то, что сейчас происходит в наших клубах, - раз-раз, разделись, а дальше что?
Несколько лет назад я побывал в очередной раз в парижском 'Мулен-Руже'. Сидел очень близко. Увидел стоптанные туфли. Возраст танцовщиц - далеко за сорок. Это неприятно. У нас же девочки были молодые'.
У Марка Наумовича есть мечта. Мечта о нашем, рижском Театре варьете. Ведь куда сегодня приличному человеку вечером податься? На весь город лишь пять с половиной театров. А о том, чтобы отдохнуть в ночных заведениях - и речи не идет. Во всяком случае, для людей немолодых.
ГУРМАН и феи - парадный портрет. Однажды эта затея чуть было не воплотиласть в жизнь. И название уже было готово - 'Мулен-Руж' (Марк Гурман консультировался с юристами по поводу правомерности использования этого названия). Но проект возрождения былой славы варьете сгорел вместе с Банком Балтия . Вот так бывает иногда...
У истоков

Марина Фолилиевна Затока 25 лет проработала на Юрмалу. Долгое время была замом, а потом и начальником управления по торговле - отвечала за весь курортный общепит и торговлю. Именно ей принадлежит роль одного из главных организаторов варьете в Юрмале.

Она занималась не только обустройством самого ресторана 'Юрас перле', реконструкцией местного бара, а потом 'Кобурга' и 'Юрмалы'. Но и принимала живое участие в работе варьете: доставала материалы для сценических костюмов, инструменты для музыкантов.
'Приемом на работу артистов тоже занималась я. Гурману я доверяла, конечно, он профессионал с большой буквы. Но согласовывать надо было все же со мной. Следила за весом артисток. Говорю - 'Марк, у тебя балерины растолстели. Вот срок в три дня, езжайте в санаторий и приводите их в порядок. Потому что тело танцовщицы должно радовать зрителей'.
Лайму Вайкуле я обнаружила в Ялте. Отдыхала вместе с мужем и услышала, как она там пела, а ее Андрей играл. И я еще тогда подумала, что неплохо было бы иметь такую певицу у нас. Но вот вернулась на работу, а ко мне приходят на прием знакомые и просят устроить в варьете 'своих детей'. Дети эти оказались - Лайма и Андрей.
Для Лаймы 'Юрас перле' стал первой ступенью в карьере. Ведь какой тогда был вокруг ресторана ажиотаж! Все звезды тогдашней эстрады у нас побывали: Райкин, Пьеха, Марина Влади, Рождественский, Дунаевский, Миронов, Пугачева, Леонтьев, Винокур, Хазанов, Резник. Не говорю уже о Раймонде Паулсе, который нам много и совершенно бескорыстно помогал. И Лайма, конечно, попала в поле зрения всех этих людей.
Между прочим, Боря Моисеев тоже вышел из нашей Юрмалы. Его Марк пригласил из Литвы выступать в 'Юрас перле' и 'Кобурге'. Нет, он никогда не пел - он танцевал. Колоссальный имел успех.
Когда мы создавали программу для 'Кобурга' (режиссером которой был Лейманис - работает и по сей день в Театре оперы и балета), я заказала фильм для варьете Юре Подниексу. Все композиторы, в том числе и Резник, писали песни о Юрмале. Снимали в фильме Пугачеву, Леонтьева, Миронова, Хазанова. И они с удовольствием соглашались'.
Марина Фолилиевна гордится, что в ее время общепитовская сеть Юрмалы считалась образцовой. Коллеги из других республик приезжали сюда учиться. А юрмальское варьете так вообще считалось лучшим в Союзе.
Мисс Улыбка
Надежда Подунова сейчас работает менеджером в рекламной службе 'Радио Бизнес & Балтия'. В варьете 'Юрас перле' она пришла на следующий год после его открытия и осталась там почти до самого его конца. Училась в университете, одновременно работала товароведом в Детском мире. Днем еще бегала на репетиции в Дом работников торговли (в Риге), а вечером - выступать в Юрмалу. Она рассказывает: 'Программа начиналась в двенадцать часов ночи, а в пять утра нас на автобусе развозили по домам. Спала по четыре-пять часов.
В 1974-м ждала ребенка. Танцевала беременной до пяти месяцев. Потом родила, а через полгода снова вышла на сцену. Трудно, конечно, тогда было.
Все бегом, бегом. Но это было самое интересное время в моей жизни.

Как к нам относились? Было почитание. Цветов всегда много дарили. Деньги? Нет, никогда не предлагали. Вообще все было очень прилично и торжественно. У нас завзалом был такой старенький Август Калниньш. Он еще в улманисовское время работал в том, старом, 'Лидо'. Очень следил, чтобы мужчины были при галстуках и в пиджаках, а женщины - во глаз! - в чулках. Даже один раз не пустил в 'Юрас перле' очень известного журналиста. Пришлось тому одалживать галстук у нашего официанта.

Правила были строгие. Нам, танцовщицам, запрещалось после программы оставаться в зале. Может быть, только в редких случаях, когда какие-нибудь знаменитости приходили. Марк Наумович понимал, что нам интересно пообщаться с Мариной Влади, когда они с Высоцким приехали в 'Юрас перле'. Помню, меня удивило, что Влади была без косметики, вся в веснушках.
Первым по-настоящему эротическим номером было выступление нашей Танечки Поспеловой. Грудь ее была намазана блестками. Тогда их, кстати, купить было невозможно, так мы нарезали елочный 'дождик'. Вроде 'ничего' не видно, но рельеф проступает. Все интересовались: 'Она в бюстгальтере или нет?' В зале аж спорили на этот счет. Но мы секрета не выдавали.
Лайма Вайкуле оказалась очень способной. Когда она пришла в варьете, еще не танцевала. Но очень быстро стала учиться. Буквально за месяц растянулась на шпагат. Мы все были просто поражены. Потом она начала сама ставить себе номера.
Мы, девочки, очень дружили. Вместе бегали на спектакли. Потом как-то дружно записались на курсы. Изучали английский язык, итальянский. Лайма очень смешно выводила своим низким голосом: 'Я ра-бо-таю в варьете!'
Салли Ландау - жена Михаила Таля - очень красивая женщина. Пела дуэтом с Вадимом Мамаевым. А вверху, в зале, висел зеркальный шар, тогда модно было вешать такие для бликов. И вот однажды во время выступления они, как полагалось по сценарию, приближаются друг к другу. Расстояние осталось - всего ничего. И вдруг этот шар падает прямо между Вадимом и Салли... Они, конечно, допели этот номер. Но потом долго еще не могли унять дрожь в коленках.
А однажды Салли вышла на сцену в длинном шикарном платье. Посмотрела себе на ноги и обомлела. Ноги в сабо и - так по-домашнему - в теплых шерстяных носках. (Дело было зимой и между выступлениями мы так обычно ходили.) Салли весь номер проработала приседаючи, чтобы подол закрывал носки.
Девочки у нас обычно работали по пять-семь лет. Замуж выходили, рожали. Надо было приводить себя после родов в форму, что тяжело. К тому же ночная работа - это очень трудно.
Я единственная, кто с перерывом проработал больше двадцати лет на сцене. Меня даже шутя называли 'Бабушкой советского варьете'. Еще звали - 'Мисс Улыбка'. Говорили, что хорошо улыбаюсь, а это самое главное на сцене. Может быть, поэтому я столько продержалась в варьете. В конце уже совмещала танцевальную работу с административной.
С начала 90-х контингент в 'Юрас перле' сильно изменился. Ушло и то красиво-восторженное отношение к нам. Тогда же и произошла та самая 'харитоновская перестрелка', где было много жертв. В 1992 году наш состав перешел работать в Ригу. Потом стали гастролировать - год в Польше, в Болгарии. Так все и закончилось'.
Информационный центр B&B, Фирма NeoNet. 1995-2000.